Почему охрана труда не работает и как Facebook помог нам понять это

работа охраны труда

Как и у многих людей у меня есть личная страница в Фейсбук. Как у всех – у меня есть там друзья. Около 1000 человек. Как и у всех – друзья делятся на друзей и «друзей». В процентном соотношении примерно 95 к 5. И я постоянно вижу в ленте не только их посты, мысли и фотографии, но и их лайки. Людям нравится все – от хрестоматийных кошечек и детенышей до политических партий, гороскопов и тестов угадай кто ты из фильма «Служебный роман».

Люди мегабайтами генерируют симпатии, предпочтения и е-моции. Самое главное в этом процессе – не угодить владельцу котейки или родителю детеныша, не узнать какой ты сорт колбасы согласно тесту или помочь в продвижении политической партии очередного политика. Самое главное – это то, как люди одновременно осознанно и инстинктивно формируют собственный сетевой имидж прибавляя к нему то, что они хотели бы видеть в себе и отфильтровывая то, от чего хотели бы отказаться.

Год назад, мы создал страницу нашей компании «Центр охраны труда Racio.» в Facebook. Цель была абсолютно прагматичная – создать еще один канал для коммуникации с клиентами. 21 век, сейчас человеку проще написать сообщение в ФБ, чем звонить по телефону. Мы решил попробовать. После – я попросил своих 1000+ друзей поставить лайк этой странице. Я понимал, что охрана труда, это совсем не котики, но… За неделю страница собрала 19 лайков. 1,9 % пользователей посчитали это интересным.

Я занимаюсь вопросами охраны труда и промышленной безопасности уже почти 10 лет. За это время я мог наблюдать за тем как это работает с разных сторон – в качестве руководителя, как штатный инженер по охране труда, как аутсорсинговый специалист, как аудитор. Как и все в этой сфере, я начинал с обычных инструктажей, заставлял сотрудников учить инструкции, сдавать экзамены и т.д. Но опыт показывал, что пресловутая «охрана труда» работает только пока в поле зрения персонала присутствует «охранник». Сам термин «охрана труда» предполагает наличие третьей стороны, которая стоит за спиной в тот момент, когда кто-то трудится и пристально охраняет этот процесс. Стоит отвернуться и люди не просто не соблюдают правила, а наоборот – прилагают некие усилия, чтобы их не соблюдать, идти против правил.

Это погрузило меня в депрессию. Знать, что дело, которым ты занимаешься, никому не нужно – это по меньшей мере грустно. Я понимал, что безопасность, как таковая не может быть бессмыслицей. Это одна из базовых потребностей человека, наряду со сном, едой или дружбой. А если со мной все в порядке, с безопасностью тоже все ок,  значит, что-то было не так в самой системе взаимодействия «человек-правила-человек».  Смеркалось, я много думал о причинах и следствиях и вот к какому выводу пришел:

Долгие годы мы жили в государственной и политической системе, где свобода человека (тоже одна из базовых потребностей) могла быть реализована только в форме сопротивления этой самой системе.  Крупное сопротивление при этом могло повлечь за собой и крупные последствия – исключение из партии, тюремное заключение или даже расстрел. Мелкое же сопротивление особенно не наказывалось, так как по своему сопротивлялись все – от дворника до главы райкома. С тех пор мы ходим по газонам, курим в неположенных местах и не пристегиваемся в автомобиле. Мы гордимся этим, это наша личная битва при Фермопилах. Той партии, той страны и той системы давно уже нет. Но старя привычка неискоренима. Сколько должно еще пройти времени, смениться поколений, партий и правительство прежде чем в нас остановится этот процесс и из свободолюбивых хазар мы превратимся в законопослушных европейцев? Неизвестно.

В процессе этих размышлений я пришел к одному интересному выводу. Сопротивление в нашем человеке включается только при появлении в его поле зрения атрибутов пресловутой системы – запрещающих знаков, ограничений, правил, любых протокольных форм общения.  

– Оружие, наркотики? 
– Давайте лучше чаю.

Инструктажи по охране труда в классическом понимании – это квинтэссенция Правил и Системы. В них есть правила, есть протокол, есть запреты и знаки. Нормальный человек будет этому максимум сопротивляться, минимум просто скучать и ждать, когда из советского «вчера» кабинета охраны труда, его отпустят в европейское «сейчас» его опен- спейса.

Поняв это, я провел эксперимент: 1) исключил из процедуры инструктажей инструкции как таковые, 2) придумал тренинг, составленный бытовым языком  и основанный на примерах и практике 3) сместил фокус с общего «всем нужно соблюдать правила безопасности» на «можно конечно не соблюдать данное правило, но тогда будет вот так». С точки зрения классической «охраны труда» вышла довольно крамольная лекция. Страшно признаться, но во время инструктажей я иногда даже использую такие слова как «фигня» и «хрень».  Единственное от чего не удалось уйти – это журналы, в которых все же приходится после лекции собирать подписи. Но собирать подписи с улыбающихся людей, которые искренне благодарят тебя за полезную и интересную информацию и «расписывать» «отсидевших» инструктаж – это две большие разницы.

После изменения подхода и смещения фокуса с протокольности собрания на дружеский треп о пожарах и огнетушителях каждая наша лекция (окей – 9 из 10) заканчивается аплодисментами. Воодушевленный таким фидбеком после тренингов я стал раздавать визитки с адресом нашей страницы в Фейсбуке и просьбой, если вам понравилось наше занятие – поставьте лайк.

За год мы проинструктировали около 1000 человек и собрали около 10 лайков. 1 % пользователей посчитали это интересным. Все таки мы пока еще ужасно далеки от европейской ментальности.

А если серьезно, то самым главным лайком и эмоджи для нас являются  лица людей, которые за время часовой лекции смотрят на нас, а не в смартфоны. Это еще один индикатор полезности нашего дела. Пожалуй сегодня – самый важный.

Вверх